ybeqejp2tua

Глава 13

— Как мы там, блять, заночуем? Разнесли всё к хуям, трупами воняет
— А внизу…
— А внизу обвал будет, если ещё не рухнул потолок. Да и рискованно, вамапиры или еще какая нежить заявится, а я на ногах еле стою – выискивая на карте хоть какое-то похожее на ночлежку место процедил я.
Мер насупился. Хуёво дело. Так и так к Серозимней заставе пиздовать. Там ждать повозку. До лесопилки «Пирожок».
— Звучит вкусно – услышав решение сплюнул эльф. – Там нормальная такая домашняя кухня. Была, по крайней мере.
— Другого всё равно ничего нет. И вообще, мне бы просто свалиться и забыться. – бросая путеводитель в мешок, отозвался я – не кутить идем.
К дороге вышли совсем надроченные. Видимость ухудшалась, отчего вечно мерещились то волки, то разбойники, то, самое страшное – звук проёбанной телеги, мирно отчаливающей прочь.
Следов от колёс мы не разглядели, а значит ещё никто не проезжал. Ждём, значит. По обыкновению, приспичило поссать, но шестое чувство, оно же волшебное предвиденье, подсказывало – достанешь хуй, призовёшь повозку. Ехать с недоссаным хуём в штанах – проклятье похуже корпруса. Выстояв добрые минут двадцать, я, наконец, отважился.
— Едуть! – подхватил инвентарь Орторн, а я отвернулся и продолжил ссать. Теперь уж я выссусь любой ценой.
Недовольный кучер нехотя дёрнул поводья. И чего же он, блять, недовольный! Мы же ему только что лишние септимы в карман считай кинули. Наверное, из графика выбился, пока бухал. Но виноваты мы. Хоть ни высказал ничего. Скрипя колесами мы, хвала богам, вышли у «Пирожка».
Заправляла там некая Джилфри.
— О, тоже имперка, не молодая баба уже. Такой пару палок кинь и можно жениться, а? – ткнул меня локтем Орторн, пока мы топали заселяться.
— Ой, соси жопу – отмахнулся я. – Немолодая блин. Я ещё…молодой? я ещё… – поникшим голосом оправдывался я, но эльф даже не слушал. «Пирожок» и вправду пустовал. Оформление не отняло много времени, а Джил явно не надеялась на гостей. Постоянно причитала о войне, на которую и свалил весь остальной персонал. В номере было не особо чисто, бутылки из-под меда и малафья на подушке нисколько не разочаровали – бутылки под кровать, подушку перевернул другой стороной. Нахер, я устал.
Утро показалось приятным, учитывая, что проснулся я днем. Но это только показалось. Я уселся, почесывая плечо. Затем почесал локоть. Кисть. Предплечье. Сука ебаный пиздец. Я чесался весь, как самый паршивый хаджит. Практически полностью моё тело было покрыто красными волдырями, выстроившимися в одну линию по рукам и ногам.
Я чесался, раздирая чуть ли не до крови тело, но и это не помогало.
— Ты лучше не чешись, братец, — посоветовал зевнувший рядом Орторн. — Расчешешь, так они еще больше кусать начнут. Клопы очень чувствительны к запаху крови.
— Кто, блять? Клопы?! Какие ещё, нахуй, клопы!
Я в полной прострации непонимания происходящего просто пялился на свои искусанные конечности. Да, в Морровинде тоже были насекомые. Некоторые из них огромные — кусали огнем или просто шлёпали жопой у тебя перед носом, а от всякой мелкой нечисти зажигали лампу. Но тут, в холодах я был полностью уверен, что никакая подщельная гадость и не водится.
— А чего ты хотел? – спокойно продолжал эльф – Эт ты погоди, тут вымыться не так часто выходит – блошки заведутся, вот это беда. А клопы- что с них взять. Крови насосутся и спать лягут. Клопам тоже спать надо. Это они тут одичали с голоду то, а теперь наелись и подобреют. Следующей ночью…
— Следующей ночью нас тут не будет! Нахуй этот беспонтовый «Пирожок» с этими ебучими тварями блять сука нахуй горите в огне Обливиона! Пиздоглазые уебанцы Рот ебал! Срань Шора! Говно! Жопа! Блядство! Проституция! – неистово матерясь я выскочил полуголый на улицу, схватив только вещмешок. До Виндхельма шел пешком, пока Орторн не нагнал меня, вместе с рейсовой повозкой. Я залез, укутываясь в плед, не переставая сквозь зубы материться. По дороге и так чуть не выебал какой-то орк. Я смотрел в пустоту, пытаясь забыть клопов и мечтая к вечеру войти в Коллегию.
Вошли мы туда вместе. Я в надежде услышать похвалу, Орторн получить восстановление.
— …а ещё этот плутоватый маг Дранус! – услышали мы голос Анкано из двери покоев архимага – явно примкнули к этим колдунам! И теперь друг друга в жо…
Мы постучались, и выходец Доминиона умолк. Несмотря на такое явное опровержение его подозрений, встретили нас не просто прохладно. Весь преподавательский состав, ярл Корир, стражники.
— Не примкнули, значит – ехидно ухмыльнулся Анкано. – Присаживайтесь.


— Да как? Чем? Каким местом вы только думали, вступая в сделку с вампирами?!
— Но они все погибли, когда…
— Дай угадаю! В стычке с нежитью?!
Архимаг орал так, что его пепельная кожа стала пурпурной. Да, вампирши не погибли. Откалывались по одной, пока мы воевали с магми, а как только оказались на этаже с некромантами – просто свалили. А я ничего и не почувствовал из-за большой концентрации нежизни. И ведь проходили же всю эту хрень у Финиса Гестора. Спокойный мужичок-бретон, практикующий некромантию, потому как на 95% безопаснее даэдра и законом не запрещено. Но всё что я запомнил – некромантия – магия для ленивых. Нет никаких «контрактов», как с тварями Обливиона, мертвечину не нужно подавлять, с ними вообще легко работать. Они уже готовенькие, не то что двемерские центурионы, которых сперва поди собери. К тому же всегда можно приобрести отличную броню из костей. Костяные доспехи натирают тело кальцием. — учил Финис — Все некроманты пьют молоко едят яйца (некоторые лижут) любят творожок (некоторые подзалупный) и сыр (некоторые хуй) — кальций помогает поднимать крепких скелетов, Ну и конечно же костяная броня нужна, чтобы все видели что ты некромант и чародей, а не наркоман бичара гей. Однако, теперь со всем этим было покончено.
За подобную сделку нам грозила смертная казнь, но, взяв во внимание нашу неопытность, убийство вызывающей и её приспешников, был вынесен самый мягчайший приговор.
Естественно, я и Орторн отчислены. Ко всему прочему из магических дисциплин разрешено использовать только алхимию и зачарование. Вот так, со справкой, опозоренные, мы вышли из стен Коллегии и встали на мосту. Ветер свистел, разговаривать не хотелось.
— Чем займешься? – спросил, наконец, я.
— Пойду в очаг. Зачаровашкой. – сухо ответил эльф. – А ты?
Я пожал плечами. Вернуться к кузнецу в Ривервуд? Или помогать с зельями какой-нибудь занюханной травнице? Надо думать сейчас, а не позже. Да лучше дунуть сейчас, а не позже! Однозначно, оставаться тут нет смысла, а вот самокруточка может, чего подскажет. Ладно. Не задалось, значит, не моё. – Попытался я самовоодушевиться, но сердце всё равно бешено колотилось. Первой лошадью я направился назад, к Рифтену. У самых ворот нашлись палатки хаджитов. Пара септимов и..
-Ну как так?! Как, блять так?! Знатно обосрался. Вполне можно меня понять- заебло постоянно испытывать попоболь. Я уже не тот зелёный имперский пацан, радующийся болотному запашку свободы в Сейда Нин и алчущий сахара нахаляву. Я заслужил покой и уважение к своей личности, прошедшей через столько глобальные потрясения. Но буду ли я счастлив, обретя покой?
Я курьерил и торговал шмотом, чинно сидел после смены с Дро’Захаром, обсуждая местные нравы и особенности государственности. Я был порядочным обывателем, но так или иначе это неизменно навевало на меня скуку, а совесть и чувство ответственности не давали забить на всё и погрязнуть в мещанстве. Да и не только они. По всей видимости, я не даром метаюсь от одного экзистенциального кризиса к другому, ибо размеренность ведёт к стагнации и деградации духа, и лишь страдания приоткрывают ту самую пелену, за которой его поджидает рефлексия, философские рассуждения и — ни много ни мало — рост личности.
Ну а что же до ебли в жопу, то мало что сравнится в своей эффективности в плане постановки человека в ситуацию пограничного опыта, как неотвратимое насилие над личностью и телом, вместилищем духа, будь то начальник-трактирщик, система или случайный быдлан, который невыносимо экзистенциалистски Другой, безразличный и жестокий, такой же заключённый своего одиночества, променявший свою душу на зверя, жаждущего доминации над моим несчастным анусом, для обретения иллюзии контроля бытия.
Впрочем, всё это и так ясно, вопрос в том, что же делать ТЕПЕРЬ? Очевидно, что я нахожусь на распутье: везде-то лишний, везде-то помыкают всякие унтерменши. Мной, Анусом Дранусом, что лично общался с Азурой и Шеогоратом и остался жив. Мной, чьи действия меняли судьбы народов. Доколе?! Возможно стоит перестать метаться и обесценивать себя? Возможно, стоит показать всем этим ублюдкам, чего я на самом деле стою!?
— Мутсера давно не курил, или не общался по душам? И то и другое хаджит не поддеррррживает, ньхье хьехье – засмеялось темносерое пятно в ответ на мои мысли. Как показала практика, мысли в слух, вываленные на блохастого барыгу. Да и мысли настолько чужеродные, будто не я их и мыслил. Но мысли хорошие. Трава хорошая.
Вдруг мимо нас пробежал стражник, не сказав не слова в адрес явно обкуренных нас.
— Ч-чего эт он, диарея? Хххых – провожая стража пальцем, выдавил я.
— Хаджит подозревает сангвинаре вампирис, мутсера – как-то настороженно отозвался кот
— Вам..чего? – тут уж и я насторожился
— Кррровососы, мутсера. Кррровососы. Хаджит не хочет умирать. Завтррра нас здесь не будет.
— Вампиры?! Но…
-Хаджит вам не «Воронной Курьер», мустера — недовольно заворчал в ответ блохастый путешественник, а я подскочил, как ужаленный. Хотя, после «Пирожка» кто ещё из нас больше блохастый.
— Мутсера, мутсера – бросил я ему на прощение излюбленное кошачье словцо и побежал к страже.
— Да, да! Проклятые вампиры! Хорошо хоть, стража рассвета возрождается. По крайней мере так говорят. Их форт расположен на востоке от Рифтена в Ущелье Утренней Зари на границе между Скайримом и Морровиндом. Можешь туда наведаться, им нужны добровольцы. – ответил стражник и я откланялся, как только он стал ко мне принюхиваться.

Что это? Ответственность? Или боязнь скуки? Что бы это ни было, я чувствовал себя частью происходящего. Как ни крути, вампиры появились не просто так, и я был обязан положить этому конец. С магией или без неё, я должен найти в себе силы дать достойный ответ за свой проступок. И я его дам.